img1.jpgЧеловек, любящий сказки на всю жизнь в душе остается ребенком. Окунитесь в волшебный мир сказки сами и откройте его вашим детям. Волшебные сказки не оставляют в наших буднях места злу. Вместе со сказочными героями мы верим в то, что жизнь прекрасна и удивительна!

Пиноккио получает свободу и оплакивает смерть девочки с лазоревыми волосами

 

Пиноккио проспал два часа, а в, полночь его разбудили  шепот и бормотание странных голосов, доносившихся с гумна. Он высунул кончик  носа  из  собачьей  будки  и  увидел  четырех маленьких зверьков в темных шубках. Они стояли кучкой, совещаясь о чем-то, и были похожи на кошек. Однако это были не кошки, а  куницы  -

маленькие кровожадные зверьки, которые особенно лакомы до яиц и цыплят.  Одна  из  куниц отделилась от своих товарок, подошла к собачьей будке и тихо сказала:
   - Добрый вечер, Мелампо!
   - Я вовсе не Мелампо, - ответил Деревянный Человечек.
   - Кто ты, в таком случае?
   - Я Пиноккио.
   - А что ты здесь делаешь?
   - Я изображаю сторожевую собаку.
   - А где Мелампо? Где старый пес, стороживший в этой будке?
   - Он сегодня утром издох.
   - Издох? Бедное животное! Он был такой добряк! Но и  ты  не выглядишь волкодавом.
   - Прошу прощения, но я не собака.
   - Кто же ты такой?
   - Я Деревянный Человечек.
   - И ты тут вместо сторожевой собаки?
   - К сожалению. И к тому же в наказание.
   -  Ну что ж, предлагаю тебе тот же договор, какой был у нас с Мелампо. Ты будешь доволен.
   - А что это за договор?
   - Мы, как прежде, приходим сюда два раза  в  неделю,  ночью проникаем в курятник и забираем восемь кур. Из этих восьми штук мы  пожираем семь, а одну даем тебе, с тем, естественно, что ты притворяешься спящим и даже не помышляешь о том, чтобы лаять  и будить крестьянина.
   - А Мелампо именно так и делал? - осведомился Пиноккио.
   -  Да,  так  он  и  делал, и мы всегда отлично ладили между собой. Итак, спи спокойно и не  сомневайся  в  том,  что  перед уходом  мы положим возле будки миленькую ощипанную курочку тебе на завтрак. Надеюсь, мы хорошо поняли друг друга?
   - Даже чересчур хорошо, -  ответил  Пиноккио  и  угрожающе покачал головой, словно желая этим сказать: "Мы еще поговорим!"
   Почувствовав себя в безопасности, четыре куницы быстрехонько кинулись  к  курятнику, расположенному рядом с собачьей будкой, отворили  зубами  и  когтями   маленькую   деревянную   дверку, закрывавшую   вход,   и   юркнули   туда   одна  за  другой.  И только-только они успели прокрасться внутрь, как услышали,  что
дверка за ними быстро закрылась.
   Закрыл  ее  Пиноккио.  И  мало того: на всякий случай он еще привалил к ней большой камень.
   И тогда он начал лаять, и лаял  точно  так,  как  сторожевая собака, а именно: "Гав-гав, гав-гав!"
   Услышав  лай,  крестьянин  соскочил  с постели, схватил свое ружье, подошел к окну и спросил:
   - Что там такое?
   - Воры, -- ответил Пиноккио.
   - Где?
   - В курятнике.
   - Сию минуту выйду.
   Не прошло и секунды, как крестьянин  был  внизу,  побежал  к курятнику,  поймал  четырех куниц, сунул их в мешок и сказал им очень довольным голосом:
   - Наконец вы все-таки попали ко мне в руки! Я  мог  бы  вас наказать,  но  я  не  такой  человек. Я удовольствуюсь тем, что завтра отнесу вас к трактирщику в ближнее село, и он  снимет  с вас  шкурки  и приготовит из вас нежное и острое заячье жаркое.
Хотя это честь,  которую  вы  совсем  не  заслужили,  но  столь великодушные люди, как я, не обращают внимания на такие мелочи.
   Затем  он  подошел к Пиноккио, погладил его несколько раз по голове и спросил:
   - Каким образом ты обнаружил этих четырех  воришек?  А  мой Мелампо, мой преданный Мелампо ни разу ничего не заметил!
   Деревянный  Человечек мог бы тут кое-что рассказать из того, что узнал. То есть он мог бы поведать о позорном договоре между собакой и куницами, но, вспомнив о том, что собака уже издохла, пришел к заключению: "Какая  польза  срамить  мертвых?  Мертвые мертвы, и лучше всего оставить их в покое".
   - Ты бодрствовал или спал, когда куницы пришли на гумно? - спросил его крестьянин.
   -  Я спал, - доложил Пиноккио, -- но куницы разбудили меня своим шепотом, а одна из них даже подошла к  собачьей  будке  и сказала:  "Если ты пообещаешь нам не лаять и не будить хозяина, мы дадим тебе превосходную ощипанную  курицу  на  завтрак".  Вы
понимаете?   Надо   же   иметь   наглость   сделать  мне  такое предложение! Я хотя и Деревянный Человечек  и  имею  бесконечно много  недостатков, но еще не дошел до того, чтобы брать взятки и служить подручным у воришек.
   - Ты славный малый! - воскликнул крестьянин и хлопнул  его по плечу. - Такие взгляды делают тебе честь. И, чтобы выразить мою признательность, отпускаю тебя немедля домой.
   И он снял с Пиноккио ошейник.

Освободившись  от  жестокой и унизительной тяжести ошейника, Пиноккио помчался по полям, не  останавливаясь  ни  на  минуту, пока не достиг большой дороги, ведущей к домику Феи.
   Когда  же  он  оказался  на  большой  дороге, он взглянул на равнину, простиравшуюся  перед  ним.  Отсюда  можно  было  ясно увидеть  тот лес, где он, на свою беду, повстречал Лису и Кота. Он узнал возвышавшуюся над деревьями верхушку Большого Дуба, на котором  он  был  повешен,  но,  сколько  ни  смотрел,  не  мог
обнаружить домика Красивой Девочки с лазурными волосами.
   Тут  его пронзило тягостное предчувствие. Он побежал со всех ног и спустя несколько минут  очутился  на  лугу,  где  некогда стоял  домик,  - ибо теперь домика больше не было. Вместо него он нашел небольшую мраморную доску, на  которой  были  вырезаны нижеследующие скорбные слова:
   ЗДЕСЬ ПОХОРОНЕНА ДЕВОЧКА С ЛАЗУРНЫМИ ВОЛОСАМИ, УМЕРШАЯ В СТРАДАНИЯХ, ПОТОМУ ЧТО ОНА БЫЛА ПОКИНУТА СВОИМ МАЛЕНЬКИМ БРАТОМ ПИНОККИО.
   Можете себе представить, что почувствовал Пиноккио, когда он с грехом пополам прочел по складам эти слова. Он упал ничком на землю,    тысячу   раз   поцеловал   надгробие   и   разразился душераздирающими рыданиями. Он  плакал  всю  ночь  напролет  и, когда  рассвело,  все  еще  плакал,  хотя  слезы  у него совсем иссякли. И его стоны были так горьки и проникновенны,  что  эхо со всех холмов повторяло их. Плача, он восклицал:
   -  О  моя  милая маленькая Фея, почему ты умерла? Почему я, такой плохой, не умер  вместо  тебя,  такой  хорошей?..  И  где теперь  мой отец? О моя милая маленькая Фея, скажи мне, где мне его искать? Я останусь с ним навсегда и никогда, никогда его не
покину, не оставлю одного... О моя милая маленькая  Фея,  скажи мне,  пожалуйста, что это неправда, что ты умерла! Если ты меня вправду любишь, если ты любишь своего  братца,  тогда  вернись, оживи!  Разве  тебе не жалко видеть меня таким одиноким и всеми покинутым?.. Вот придут грабители и еще  раз  повесят  меня  на
ветке,  и  тогда я буду мертвый навсегда. Что мне делать одному на свете? Кто мне даст поесть теперь, когда я  потерял  тебя  и моего  отца? Где мне переночевать? Кто мне сошьет новую куртку? Ах, в тысячу раз было бы лучше, если бы я тоже умер! Да, я хочу умереть!.. А-а-а!..
   И он в отчаянии попытался рвать на себе волосы, но, так  как волосы  у  него были из дерева, он никак не мог запустить в них пальцы.
   В это время над ним пролетал  большой  Голубь.  Он  замер  с распростертыми крыльями в воздухе и крикнул:
   - Скажи-ка, дружок, что ты там делаешь внизу?
   -  Ты разве не видишь? Я плачу! - ответил Пиноккио, подняв голову и вытирая глаза рукавом куртки.
   - Скажи-ка, - не унимался Голубь, - нет  ли  среди  твоих приятелей некоего Деревянного Человечка по имени Пиноккио?
   -  Пиноккио?.. Ты сказал "Пиноккио"? - повторил Деревянный Человечек и вскочил на ноги. - Пиноккио это я!
   Услышав такой ответ. Голубь быстро слетел вниз  и  опустился на землю. Ростом он оказался больше индюка.
   -  Ты,  стало  быть,  знаком  с  Джеппетто? - спросил он у Деревянного Человечка.
   - А то как же? Это же мой  бедный  отец!  Значит,  он  тебе рассказывал  про меня? Ты меня приведешь к нему? Он жив? Ответь мне, пожалуйста, он жив?
   - В последний раз я его видел  три  дня  назад,  на  берегу моря.
   - Что он там делал?
   -  Он  мастерил  маленькую  лодку,  чтобы  пересечь  океан.
Бедняга уже больше четырех месяцев странствует по земле и  ищет тебя,  а  так  как  до  сих  пор он не мог тебя найти, то решил отправиться на поиски в далекие страны Нового Света.
   - А далеко отсюда до моря? - испугался Пиноккио.
   - Свыше тысячи километров.
   - Тысячи километров? Ах, Голубь, вот бы мне твои крылья!
   - Если хочешь, я тебя туда доставлю.
   - Каким образом?
   - Верхом на моей спине. Ты очень тяжелый?
   - Тяжелый? Куда там! Я легкий, как перышко.
   И без долгих разговоров Пиноккио вскочил  Голубю  на  спину, словно всадник - одна нога справа, другая слева, - и радостно воскликнул:
   - Но, но, лошадка, я спешу!
   Голубь  поднялся  в воздух и за несколько минут достиг такой высоты, что почти задевал  облака.  Тут  Деревянного  Человечка обуяло  любопытство, и он посмотрел вниз. Но ему стало страшно, голова закружилась, и он крепко обхватил шею  своего  пернатого коня, чтобы не свалиться.
   Они летели весь день. Вечером Голубь сказал:
   - Я ужасно хочу пить!
   - А я ужасно хочу есть, - добавил Пиноккио.
   -  Отдохнем  несколько  минут в этой голубятне и немедленно полетим дальше, чтобы завтра к восходу солнца быть на взморье.
   Они залезли в покинутую голубятню и увидели блюдечко с водой и корзину, полную пшена.
   Деревянный Человечек всю свою жизнь терпеть  не  мог  пшена, потому что от пшена его якобы тошнило и мутило. Но в этот вечер он  набил  себе  полный  живот  пшена  и, съев все без остатка, сказал Голубю:
   - Я никогда не думал, что пшено такое вкусное!
   - Это должно тебя убедить в том, мой мальчик,  -  объяснил ему  Голубь,  - что и пшено становится роскошным блюдом, когда ты голоден и ничего другого  у  тебя  нет.  Голод  не  признает никаких капризов и нежностей.
   Немного  закусив  и отдохнув, они снова тронулись в путь. На следующее утро они достигли берега моря.
   Голубь ссадил Пиноккио на  землю  и,  не  желая  выслушивать благодарственные слова, сразу же взмыл вверх и исчез.
   На  берегу  толпились  люди,  и все они вглядывались в море, кричали и размахивали руками.
   -  Что  здесь  стряслось?  -  спросил  Пиноккио  у   одной старушки.
   -  Бедный  отец,  потерявший  сына, отправился на маленькой лодке в море, так как  решил  искать  сына  за  морем.  А  море сегодня очень бурное, и лодчонка вот-вот потонет.
   - Где он?
   -  Вон  там,  -  объяснила  старуха  и показала пальцем на маленькую лодку, казавшуюся издали ореховой скорлупкой.
   В лодке можно было различить одинокого маленького человечка.
   Пиноккио пристально посмотрел  туда  и  издал  пронзительный крик:
   - Это мой отец!
   Тем  временем  бурные  волны  кидали  лодчонку  из стороны в сторону, и она то  опускалась  вниз,  то  снова  появлялась.  А Пиноккио  стоял на вершине высокой скалы и все звал своего отца и делал ему знаки руками, носовым платком и даже колпаком.
   Казалось, Джеппетто, несмотря на большое  расстояние,  узнал своего  сына  -  он  тоже  снял шапку, помахал ею и дал понять знаками, что он охотно  вернулся  бы,  но  бурное  море  мешает управлять лодкой и пристать к берегу.
   Вдруг  поднялась  гигантская  волна, и лодчонка исчезла. Все ждали, когда она появится снова, но она больше не появлялась.
   - Бедняга!  -  сказали  рыбаки,  собравшиеся  на  взморье, забормотали молитву и начали расходиться по домам.
   Но  тут  они услышали отчаянный крик и, обернувшись, увидели маленького  мальчика,  который  бросился  вниз   со   скалы   с возгласом:
   - Я спасу своего отца!
   Пиноккио  ведь  был  сделан  из дерева и потому не утонул, а поплыл, как рыба. Волны подхватили его, он исчез,  затем  снова вынырнул. Все дальше и дальше от берега появлялась над водой то его рука, то нога. Наконец люди на берегу потеряли его из виду.
   -  Бедный  малый!  - сказали рыбаки, забормотали молитву и разошлись по домам.

В   надежде  спасти  своего  отца  Пиноккио  плыл  всю  ночь напролет. А что  это  была  за  жуткая  ночь!  Дождь,  подобный всемирному  потопу,  крупный  град,  ужасные  раскаты  грома  и ослепительные молнии!
   На  рассвете  он  наконец  увидел  поблизости  продолговатую береговую полосу. То был остров посреди моря.
   Он  напряг  все  свои  силы,  чтобы  добраться до берега, но напрасно. Набегая одна на другую, волны играли  им,  словно  он был  жалкой  щепкой  или соломинкой. К счастью, вскоре налетела огромная волна, которая с размаху выбросила его на берег.
   При этом он так сильно стукнулся, что чуть не переломал себе руки и ноги. Но он быстро успокоился, подумав:  "Я  еще  хорошо отделался!"
   Между  тем небо понемногу прояснилось, солнце засияло вовсю, и море стало тихим и гладким, как масло.
   Пиноккио разложил свою одежду для просушки  и  огляделся  по сторонам:  не появится ли на огромном пространстве воды хотя бы одна-единственная лодочка с  одним-единственным  человеком?  Но как он ни напрягал зрение, он не видел ничего, кроме неба, моря и  двух-трех  парусов, плывущих так далеко, что они казались не
больше мухи.
   - Узнать хотя бы, как этот остров называется! -  простонал Пиноккио.  -  Узнать хотя бы, не живут ли на острове приличные люди, то есть такие люди, у которых не существует обычая вешать детей на ветках деревьев! Но у кого я могу об  этом  узнать?  И есть ли тут вообще ктонибудь?
   При  мысли,  что он один-одинешенек в обширной и необитаемой стране, Пиноккио так опечалился,  что  готов  был  зареветь.  И вдруг  он  увидел  совсем  близко  от  берега плывущую по своим личным делам большую рыбу.
   Не зная, как эту рыбу зовут. Деревянный  Человечек  окликнул ее очень громко и раздельно:
   - Эй! Синьора Рыба! Разрешите мне задать вам вопрос!
   -  Милости  прошу,  --  ответила  рыба,  оказавшаяся  таким любезным Дельфином, какого вряд ли сыщешь во всех морях мира.
   - Не будете ли вы любезны сказать мне, имеются ли  на  этом острове  деревни,  где  можно  достать  чего-нибудь  поесть без опасения самому быть съеденным?
   - Несомненно, -  ответил  Дельфин.  -  Кстати,  одна  тут совсем рядом.
   - А как мне туда добраться?
   -  Если  ты  пойдешь  налево  по маленькой тропке следом за своим носом, ты ее никак не обойдешь.
   - Еще вопрос, пожалуйста!  Вы  плаваете  днем  и  ночью  по морям,  не  встретили  ли  вы случайно маленькую лодочку с моим отцом?
   - А кто твой отец?
   - Лучший отец во всем мире, точно так же как я - наихудший сын на свете.
   - Во время ночной бури маленькая лодка, очевидно, утонула.
   - А мой отец?
   - Скорее всего, его проглотила страшная  Акула,  которая  с некоторых пор сеет смерть и запустение в наших водах.
   -  Она  большая,  эта  Акула?  - спросил Пиноккио, начиная дрожать от страха.
   - Огромная, -  ответил  Дельфин.  -  Чтобы  ты  мог  себе представить ее размеры, скажу тебе, что она больше пятиэтажного дома  и  имеет  такую  широкую и глубокую пасть, что туда может спокойно въехать целый поезд с дымящим паровозом.
   - Мамочки! - в ужасе вскричал Деревянный Человечек, быстро оделся и еще раз обратился к Дельфину: - До свидания,  синьора Рыба!  Простите  за  задержку,  тысяча  благодарностей  за вашу любезность.
   Затем он поспешил в путь и шел быстро, почти бежал.  По  при малейшем  шуме  он сразу же оборачивался, так как опасался, что его преследует Акула  величиной  с  пятиэтажный  дом,  с  целым поездом во рту.
   Спустя  полчаса он добрался до деревни, называвшейся Деревня Трудолюбивых Пчел. Улицы  кишели  людьми,  деловито  сновавшими туда  и  обратно. Все здесь работали, все что-то делали. Даже в увеличительное стекло нельзя было найти бездельника или лентяя.
   "Ясно, - сказал себе лодырь Пиноккио, - эта деревня не для меня. Я не рожден для труда".
   Но его мучил голод, так как он двадцать четыре  часа  ничего не ел, даже пшенной каши.
   Что делать?
   У  него  были  только  две  возможности  утолить голод: либо искать работу, либо заняться попрошайничеством и таким  образом раздобыть сольдо или кусок хлеба.
   Попрошайничать  ему было стыдно, так как отец ему втолковал, что на это имеют право только старики и калеки;  все  остальные обязаны работать.
   Но  вот на улице появился запыхавшийся и вспотевший человек, который с большим трудом один толкал две тачки с углем.
   Пиноккио решил, что, судя  по  лицу,  это  хороший  человек, приблизился  к  нему  и, потупив от стыда глаза в землю, сказал очень тихим голосом:
   - Не дадите ли вы мне сольдо, чтобы я не погиб от голода?
   - Не одно сольдо, - ответил угольщик, - а  четыре  сольдо ты получишь, если поможешь мне довезти до дома эти две тачки.
   -  Вы  меня  удивляете!  -  возразил  Деревянный Человечек обиженно. - Имейте в виду, что я никогда еще  не  был  вьючным ослом и никогда не возил тачки.
   -  Тем лучше для тебя! А если ты действительно так голоден, мой мальчик, тогда отрежь себе два-три толстых ломтя от  своего высокомерия и съешь их, только смотри не подавись.
   Через  несколько  минут  появился  каменщик,  который нес на спине ящик с известью.
   - Любезнейший, не дадите ли вы бедному мальчику,  зевающему от голода, одно сольдо?
   -  Охотно. Иди со мной, помоги мне отнести известь, и тогда ты получишь целых пять сольдо.
   - Но известь тяжелая, - сказал Пиноккио, - а  я  не  хочу напрягаться.
   -  Если  ты не хочешь напрягаться, мой мальчик, тогда зевай сколько влезет, благословляю тебя.
   В течение какого-нибудь получаса  мимо  прошло  еще  человек двадцать,  и  Пиноккио  у  каждого  просил  милостыню,  но  все отвечали ему:
   - Неужели тебе не стыдно? Зря ты шляешься по улицам.  Лучше найди работу и учись зарабатывать на хлеб.
   Наконец появилась добрая женщина с двумя кувшинами воды.
   -  Вы не возражаете, добрая донна, если я глотну водички из вашего кувшина?
   - Пей, мой мальчик, -  сказала  женщина  и  поставила  оба кувшина на землю.
   Налакавшись воды, как гриб, Пиноккио вытер рот и пробормотал про себя:
   -  От жажды я уже избавился. Если бы я мог таким же образом избавиться от голода!
   Когда  добрая  женщина  услышала  эти  слова,  она  поспешно проговорила:
   -  Если  ты  поможешь  мне  донести  до  дома  один из этих кувшинов, я дам тебе кусок хлеба.
   Пиноккио внимательно посмотрел на кувшин и не сказал ни  да, ни нет.
   -  А  к  хлебу  я  дам  тебе большую миску цветной капусты, приправленной уксусом и маслом, - продолжала добрая женщина.
   Пиноккио снова внимательно посмотрел на кувшин и  не  сказал ни да, ни нет.
   -  А  после  цветной капусты я дам тебе прекрасную ликерную конфету.
   Перед таким искушением Пиноккио не мог устоять. Он  сорвался с места и крикнул:
   - Ладно! Я снесу вам кувшин домой.
   Кувшин  был  очень  тяжелый,  а  так  как руки у Деревянного Человечка оказались слабоваты, он  вынужден  был  волей-неволей тащить кувшин на голове.
   Дома  добрая женщина пригласила Пиноккио к накрытому столу и положила перед ним кусок хлеба, цветную капусту и конфету.
   Пиноккио не ел - он глотал. Его желудок казался пустым, как квартира, в которой пять месяцев никто не жил.
   Когда его ужасный голод постепенно утих, он  поднял  голову, чтобы  поблагодарить  свою  благодетельницу. Но не успел он как следует вглядеться в ее лицо, как  длинное-предлинное  "ю-оо-о" -  вырвалось  из  его горла, и он в глубоком изумлении остался сидеть как окаменелый, с  широко  раскрытыми  глазами  и  ртом,
полным цветной капусты и хлеба.
   -  Что  тебя  так  удивило?  -  спросила  добрая женщина и засмеялась.
   - Вы... - залепетал Пиноккио, - вы... вы... вы  похожи... вы  мне  напоминаете...  да,  да, да, это тот же голос... те же волосы... да, да, да... у вас лазурные волосы... как  у  нее!..
Ах,  милая  маленькая Фея, милая маленькая Фея!.. Ну скажите же мне, что это вы, действительно вы! Если  бы  вы  знали!  Я  так плакал, так страдал!..
   И при этих словах слезы брызнули у него из глаз, и он упал и обнял колени таинственной женщины.